Как вырваться из плена шизоидной замкнутости?

В этой статье мне хочется поподробнее познакомить вас, мой уважаемый читатель, с шизоидами. Почему? Ну хотя бы потому, что сами шизоиды редко обращаются за психотерапевтической помощью, но эту помощь для них ищут их близкие — родители, партнёры или друзья, которые пишут мне и спрашивают, как помочь близкому человеку?

Итак, поговорим о шизоидах.

Мы познакомились с Вероникой по просьбе её мамы. Основная проблема для Вероники заключалась в том, что ей давно было бы пора выйти в мир и попробовать найти себе занятие по душе, но Вероника «сиднем» сидела дома, так как сама мысль о том, что «надо выйти», рождала в душе Вероники глубокий страх.

А теперь послушаем, что говорит об этом сама Вероника.

— Сколько себя помню, я боюсь людей, боюсь разговаривать с ними. Живу с этим чувством страха постоянно, поэтому я никуда не хочу выходить, но если всё-таки надо выйти, то помогает или алкоголь, или крепкий кофе. Я думаю, что боюсь и не люблю людей оттого, что они всё время чего-то ждут от меня и им надо что-то говорить, а я не хочу говорить с ними, но боюсь, что они почувствуют это и рассердятся на меня.

— Ещё я не люблю людей за то, что когда они смотрят на меня, то мне кажется, что в моём внешнем виде, в одежде, в причёске что-то не так, кажется, что я ужасно выгляжу. Вообщем, любой человеческий взгляд для меня пытка. Поэтому я всегда должна выглядеть на все 100, даже если открываю дверь почтальону, или выношу мусор, или иду в магазин. Я трачу на всё, что с этим связано, очень много энергии! Поэтому мне спокойнее и легче никуда не выходить и оставаться дома.

И в этой характеристике, которую даёт сама себе Вероника, проявляется наиболее существенная черта шизоидной личности, а именно — замкнутость, отгороженность от окружающих людей, или, говоря научным языком, интровертированность. Такая личность ориентируется в своём поведении в первую очередь на свои внутренние переживания, на свои субъективные критерии, а не на события, которые происходят во внешней среде.

Но при трудностях в общении, как это не парадоксально звучит, шизоиды нуждаются в дружеских связях даже глубже и острее, чем другие люди. Для них это эмоциональные ниточки, которые связывают их с окружающим миром. Вероника рассказывает об этом так: — Я предпочитаю общаться с определёнными людьми, с которыми чувствую, что с ними у меня «сложится». Мне достаточно одного взгляда на человека, чтобы понять, говорит этот человек то, что думает, или нет. Есть у меня одна близкая подруга, с которой мы дружим с трёх лет, но даже с ней наступает момент, когда я понимаю, что мне нечего ей сказать, и мне тут же хочется уйти и прекратить общение.

В силу того, что всё внимание шизоидной личности приковано к собственным душевным переживаниям, они не способны учитывать особенности внешней ситуации и это делает их трудно адаптируемыми к другим людям и обстоятельствам, вообще к окружающему миру, который подчас кажется им непонятным и даже угрожающим. Стрессы, которые случаются в жизни любого человека эпизодически, в жизни шизоидов случаются постоянно. Для них сама жизнь — это жестокий стресс, который вызывает не просто повышенное психическое напряжение, но изнеможение и даже изнурение.

Вот как рассуждает об этом Вероника: — Какие мысли возникают у меня чаще всего? Мне кажется, что я ничего не стою, что жизнь для меня слишком сложная и непонятная штука, что все люди могут делать простые вещи без особого труда, а я не могу потому, что слишком остро всё воспринимаю. Было бы лучше мне не рождаться вовсе — было бы меньше проблем. Мой мозг не создан для радости, вот в чём моя беда.

Оказалось, что довольно часто Веронику посещают мысли каким-то образом уйти из жизни, но она опасается, что в «другом мире» окажется намного тяжелее, потому что «это великий грех убивать себя и тогда я не смогу найти там тот покой, о котором мечтаю уже многие годы».

Втайне от мамы Вероника призналась мне, что это и есть главная причина, которая побудила её прийти ко мне. Она устала от мыслей уйти из жизни и хотела бы найти хоть какую-то зацепку за жизнь, в которой для неё тоже будет место.

И мы стали искать.

В работе с такими хрупкими в своей эмоциональности людьми психотерапевту очень важно быть не просто эмпатичным, а сверхэмпатичным. Нужно дать им выговориться и искренно вникнуть в их сложный и трагический мир. Принципиально важно, чтобы они окунулись в атмосферу добра и любви. Это очень похоже на чувства, которые психотерапевт испытывает в работе с детьми. Глубокий контакт рождает в душе шизоида потребность творчески самовыразиться и ощутить тем самым надежду.

Вот как об этом написала в своих прелестных стихах Вероника.

А если б счастье с небес капало,
Разве были б в домах крыши?
Разве люди тогда б плакали,
Если их охранял Всевышний?
Если б небо руками нежными
Душу каждому по утрам гладило,
Разве были б тогда грешники
И дела бы разве не ладились?
Или если б глаза любимые
С теплотою всегда смотрели,
Не ушли бы сомнения мнимые,
А в душе соловьи б не пели?
Мне нужна, как ребёнку сладости,
Хоть крупинка счастья одна,
И была б хоть щепотка радости,
А волшебная палочка не нужна…

В наших совместных размышлениях Вероника всё больше проникалась желанием найти любимое дело, которое было бы не только смыслом жизни, но и опорой в душевных страданиях. Она почувствовала потребность помочь тем, кому ещё хуже. Так к ней пришла идея пойти помогать в приют для бездомных животных. Там она нашла не только любимое дело, но и познакомилась с молодым человеком, который стал ей близким другом.

Оказывается, нам всем нужна любовь, но шизодам она не просто нужна, а жизненно необходима. Любовь для них как воздух и пища. Это то, что помогает им выжить!

Читайте также: