Кто хорошо ставит диагноз — хорошо лечит

В начале этой статьи процитирую отрывок из письма матери 17-летней девушки:
«У моей дочери вегето-сосудистая дистония со всеми её проявлениями: часты депрессивные состояния, наблюдается влажность стоп и ладоней, иногда возникает паника. Хотела бы спросить, возможно ли с помощью психотерапии от этого избавиться,с какой периодичностью нужно посещать сеансы и в течении какого времени? Многие говорят, что это не излечимо и с этим можно жить».

Действительно, можно ли помочь этой девушке, и если да, то какая психотерапия может быть применена в этом случае? Ведь в письме явно звучит сомнение, что, возможно, и нельзя помочь, и что нужно просто как-то приспособиться к этому и жить дальше.

И давно пора прояснить для вас, мой уважаемый читатель, основополагающие моменты той психотерапии, которую, как и большинство моих коллег-врачей, исповедую я.

Итак, поговорим сегодня о клинической психотерапии, которая в качестве медицинской и научной дисциплины существует с начала двадцатого века, и является одной из самых сложных и интересных медицинских дисциплин. В нынешнем виде эта дисциплина зародилась в Европе как направленный поиск лечения людей, страдающих тревогами, страхами, навязчивыми расстройствами, различными зависимостями.

Называется такая психотерапия клинической, потому что прежде всего отталкивается от клинической картины расстройства, ибо детали клинической картины позволяют врачу выстроить свои отношения с пациентом в уникальном психотерапевтическом ключе.

Приступая к клинической психотерапии, врач подробно расспрашивает обо всём, что стояло у истоков расстройства и могло запустить патологический процесс. Например, он обязательно расспросит о периоде раннего детства, обо всех болезнях и травмах, которые случились в жизни, обязательно поинтересуется, не было ли у кого-то из близких родственников подобного типа расстройств. И чем подробнее и тщательнее будет проведён подобный опрос, тем ближе врач подойдёт к сути расстройства и сможет поставить правильный диагноз.

На заре клинической медицины великий врач древности Гиппократ указывал: «Кто хорошо расспрашивает — хорошо ставит диагноз; кто хорошо ставит диагноз — хорошо лечит». Если вернуться к процитированному письму, то у молодой девушки под шапкой «вегето-сосудистой дистонии» может скрываться либо синдром конституциональной природы, либо эндокринные нарушения, либо заболевания внутренних органов, либо органическое повреждение центральной нервной системы, либо ещё что-нибудь.

Но, но! Работая с такими проблемами, которые подчас выражаются в своеобразной «текучести», неопределённости, парадоксальности симптомов, опытный врач-клиницист способен уже на первой встрече с пациентом «почуять» всю сложность и своеобразие именно данного страдания, и, что очень важно, не применять таких методов воздействия, которые были бы не обоснованы или даже губительны для пациента.

Возвращаясь к процитированному письму, привожу ещё один отрывок из него: «Не скрою, дочь начинала ходить к психотерапевту и после нескольких сеансов её депрессия усилилась,появилась бессонница и какая-то агрессия по отношению ко мне. Правильно ли это?»

Действительно, а правильно ли это? По-видимому, нет. Клинический психотерапевт, ставящий во главу угла важнейший принцип клинической медицины «Прежде всего не вреди!», не мог бы допустить подобной ситуации. Ибо не пациент существует для метода, а для каждого пациента должна быть разработана индивидуальная психотерапевтическая программа. Такая хорошо продуманная программа, учитывающая и детали клиники, и особенности личностной почвы, и продуманные моменты взаимодействия пациента и врача.

И в этом смысле можно сказать, что главным инструментом в клинической психотерапии является не психотерапевтический приём, не какая-то психотерапевтическая техника, а сама личность врача-психотерапевта, его клинический опыт, его профессионализм, замешанный на глубоком живом чувстве.

Такой врач подготовлен для столкновения с трудностями пациентов и способен противостоять им. Он опирается на свой клинический ум, обладает широкой эрудицией и способен противопоставить самым тягостным и тяжёлым страданиям силу примера, имеющую решающее значение в выздоровлении.

Читайте также: